Какой раздел сайта для Вас наиболее интересен?

Научно-методическая база
Личные фонды
Сборники документов
Публицистика
История края
Базы данных
Фотогалерея
Архив опросов

Архивное наследие Н. Я. Коншина

Черных Станислав Евгеньевич  (31.10.1934 г. – 14.12.1991 г.) -  Отличник архивного дела, Заслуженный работник культуры Казахской ССР, член Союза писателей СССР.

Его хорошо знают историки и краеведы, писатели и журналисты и просто читатели не только нашего края, но и далеко за пределами Казахстана. Он щедро делился архивными богатствами со всеми, кто любит свой край, кто живо интересуется его прошлым.

Несколько лет С.Е.Черных работал над книгой «Летописцы» о замечательных краеведах прииртышской земли, которые оставили нам богатое творческое наследие. В числе Летописцев был и Н.Я.Коншин. Станислав Евгеньевич  надеялся, что будет снято «незаслуженное и несправедливое отношение к доброму имени» Николая Яковлевича, что будут прочно восстановлены его заслуги, «без всяких оговорок, в истории нашего края».  В одном из писем к Е.Н.Коншиной он писал: «Новая книга – не плод быстрого ее создания, а плод многолетнего подготовительного труда. Она готовилась годами, материал собирался и обрабатывался постепенно. Я всегда над всем стараюсь работать основательно, это мой принцип».

Николай Яковлевич Коншин родился в 1864 году в Твери. Дворянин по происхождению, он не имел никакого состояния. «Я родился в средней дворянской семье, настолько небогатой, что отец мой без службы обходиться не мог. Первоначальное образование я получил в тверской гимназии, которую окончил в 1883 году. Эта гимназия считалась одной из образцовых, и классическая система образования проводилась в ней с неумолимой суровостью. Главными предметами преподавания были латинский и греческий языки, изучение которых состояло почти исключительно в подробнейшем ознакомлении с грамматикой. Конечной целью ставилось не уменье переводить классических авторов, а безошибочный перевод с русского на латинский и греческий. Ясно, что подобное преподавание заинтересовать никого не могло, и гимназисты относились к нему с величайшей ненавистью».[1]

Еще будучи гимназистом, он зачитывается журналами «Современник» и «Отечественные записки», на страницах которых публиковались произведения Добролюбова, Писарева, Некрасова. Революционные идеи стали безраздельными властителями его дум. «Тогда эти журналы и сочинения таких публицистов, как Добролюбов, Писарев, Михайловский не были изъяты из библиотек, и они, без всякого преувеличения, стали «властителями» наших юношеских дум. Книжки «Современника», где был напечатан роман Чернышевского «Что делать», брались чуть ли не по особой очереди. Под влиянием прочитанного у меня и более близких моих товарищей выработались народнические воззрения и вместе с тем полное отрицание всего сверхъестественного».[2]

«Быть революционером казалось мне завидным жребием. Хорошо помню, как в Вышнем Волочке (уездный город Тверской губернии), я ходил к тюрьме, где тогда содержались, впредь до отсылки в Сибирь, революционеры. Мне хотелось чем-нибудь выразить им свое сочувствие, увидеть их хотя бы из далека, из-за тюремных окошек. Они рисовались мне, чуть ли не святыми людьми, отдающими свою жизнь за народ, которому обещал служить и я. И не подберу другого слова, я мечтал, что и на меня наденут когда-нибудь серый халат и погонят по «владимирке дальней дороге».[3]

После окончания Тверской гимназии Н.Я.Коншин поступает в Московский университет. Но за участие в студенческих волнениях он был исключен со второго курса медицинского факультета и как один из организаторов демонстрации студентов выслан без права въезда во все университетские города.

В 1885 году он поступает в Ярославский Демидовский лицей, и уже через месяц становится членом студенческого революционного кружка, тесно связанного с организацией «Народная воля». На него было возложено заведование библиотекой.

«Громадные неудачи партии «Народной воли» стали возбуждать сомнения в возможности при тогдашних условиях захвата власти, к чему стремилась партия, в целесообразности террора и т.д. Большое впечатление на многих, в том числе и на меня, произвела появившаяся тогда в Ярославле брошюра Плеханова «Наши разногласия», где он подверг резкой и остроумной критике всенародовольческие упования. В Ярославле заговорили о необходимости обратить самое энергичное внимание на пропаганду среди рабочих».[4]

Летом следующего года ярославская организация была разгромлена полицией. Н.Я.Коншин был брошен в одиночную камеру местной тюрьмы, потом переведен в Бутырку, а отсюда направлен в ссылку в Степной край на три года.

По пути следования по этапу за сопротивление, оказанное полицейским и надзирателям в Тюмени, Н.Я.Коншин и его товарищи были заочно осуждены Тобольским окружным судом к тюремному заключению. Новые испытания, новые лишения. На этот раз он был заточен в павлодарскую уездную тюрьму на полгода. Здесь вместе с ним отбывали наказание его товарищи М.И.Ромась, М.М.Теселкин, А.В.Гедеоновский, И.В.Емельянцев, А.И.Худыковский, И.Ф.Гусев, О.Ф.Россов, Н.Н.Дробашенко, И.И.Тихомиров.

«23 мая 1889 г. кончился срок нашей отсидки за Тюменские беспорядки, и после 3-х летних скитаний по тюрьмам для меня началась жизнь в ссылке, а после нее долголетний хотя и «негласный, но очень явный для меня надзор полиции».[5]

Дальнейшее место ссылки – Зайсан. Еще в Павлодаре и Семипалатинске он много слышал о Зайсане. Теперь город предстал перед его взором: низенькие домишки из неженного кирпича и самана, плоские крыши, арыки, скот, свободно бродящий по улицам. Больше всего его угнетало отсутствие библиотеки и большая отдаленность от губернского центра.

Успокоение Н.Я.Коншину приносило сознание того, что вместе с ним отбывали ссылку Александр Худыковский, Филипп Большаков, Христин Томашевский, Виктория Августинович, Феликс Манкевич. Через несколько месяцев в Зайсан прибыл еще один политический ссыльный – Николай Ватсон, с которым Коншин сошелся ближе всех.

Деятельная и кипучая натура Н.Я.Коншина ищет применения знаниям, приобретенным в юридическом лицее. К нему тянутся за советами и защитой десятки бедняков, обиженных произволом местных властей и богачей.

Николай Яковлевич изучает историю казахского народа. Его интересует буквально все: заселение края, быт, обычаи и занятия казахов, одежда, жилища, устное народное творчество. Эти материалы позднее помогут Н.Я.Коншину написать свои знаменитые очерки по истории Степного края.

После полуторагодичного пребывания в Зайсане Н.Я.Коншину разрешили переехать в Семипалатинск, а после отбытия ссылки он поселился в Омске. Этот период жизни Николая Яковлевича характеризуется творческим подъемом. Он вступает на путь исследователя, на путь научных поисков, составляет краткий статистический очерк промышленности и торговли Акмолинской области, проводит другие исследования. В конце 1893 года его принимают в члены Западно-Сибирского отдела Русского географического общества. Через три года он переезжает в Семипалатинск и живет здесь до последних дней своей жизни.

В доме Н.Я.Коншина часто бывали Г.Н.Потанин, Б.Г.Герасимов, А.Н.Белослюдов, П.Н.Нехорошев и другие. Он поддерживал переписку с политическими ссыльными Н.И.Долгополовым, В.Н.Фигнер, А.Л.Блеком, А.П.Григорьевым, был дружен с Абаем Кунанбаевым и Мухтаром Ауэзовым.

Вскоре после переезда его назначают секретарем статистического комитета, в обязанность которого входило не только собирание статистических сведений о социально- экономическом состоянии Семипалатинского края, но и исследование его богатств, истории, географии, археологии, этнографии и т.д. Это как нельзя лучше соответствовало наклонностям и интересам Николая Яковлевича, и он с головой уходит в работу по изучению края. В статье, опубликованной в девятом номере газеты «Семипалатинские областные ведомости» за 1898 год он отмечает, что нет даже приблизительных данных о климатических и почвенных условиях, об экономическом быте, правовых воззрениях и образе жизни смешанного населения Семипалатинской области. В статье дана программа дальнейшего изучения области, этой «неизвестной земли».

Под руководством и непосредственном участии Н.Я.Коншина в Семипалатинской области в 1897 году была проведена перепись населения, которая явилась составной частью «Первой всеобщей переписи населения Российской империи». Получив доступ к архивным материалам и статистическим сведениям, он задумал подготовить серию очерков об истории Семипалатинской области, о социально-экономическом положении казахского и русского населения, переходе казахов на оседлое положение, состоянии переселенческого дела в крае и другим вопросам. При этом он не только изучал архивы, но и сам обследовал казахские и русские поселения.

Конец XIX и начало XX столетия являются для Н.Я.Коншина самым плодотворным периодом в его жизни, который характеризуется неутомимой научно-исследовательской и публикаторской деятельностью, знакомством с великим казахским просветителем Абаем Кунанбаевым, которое переросло во взаимную привязанность и искреннюю дружбу. По просьбе Николая Яковлевича Абай готовит «Заметки о происхождении родов средней киргизской орды», которые были опубликованы Коншиным в печати.

Кроме этого, он готовит к публикации ряд неизвестных документов из жизни Ф.М.Достоевского в Семипалатинске, пишет «Заметки о начальном образовании у татар Семипалатинской области» и ряд других материалов. В 1899 году он, в память о товарище по ссылке в Зайсане Н.Э.Ватсоне, опубликовал в газете «Сибирская жизнь» его поэму «Послы» со своим послесловием.

Работая секретарем статистического комитета Н.Я.Коншин, получив доступ к архивным документам и статистическим сведениям, задумал подготовить серию очерков по истории Семипалатинской области. При этом он не ограничивался только изучением архивных документов, а исследовал любую возможность в сборе документов путем личного обследования казахских и русских поселений.

В 1898 году в «Памятной книжке Семипалатинской области на 1898 год» появился его очерк «К вопросу о переходе киргиз Семипалатинской области на оседлое положение», в котором он пишет о тяжелом экономическом положении джетаков. «Что такое джетак? Потеряв почему-либо скот – единственное средство для обеспеченного существования в степи, киргиз прибивается к какому-либо соседнему оседлому пункту. Здесь, при совершенно иных, новых, непривычных условиях жизни, киргиз теряет под собой почву – он становится беспомощен, как рыба, вытащенная на берег и лишенная родной стихии. Бледный, исхудалый, в лохмотьях, это – иногда жалкое подобие человека, на которого нельзя смотреть без сострадания. Непривыкший к работе, он, однако, по необходимости должен искать работы, чтобы пропитать себя и свое заморенное семейство. Еще куда ни шло летом, - летом джетака, по крайней мере, греет солнце, он дышит чистым степным воздухом, его неприхотливые жизненные потребности удовлетворяются хоть с грехом пополам какой-нибудь дырявой и почернелой юртой, да небольшим количеством айрана (баранье кислое молоко). Не то зимою. Жестокие морозы и снежные бураны заставляют джетака искать более надежного прикрытия, и вот он идет в поселок к казаку присматривать и ухаживать за скотом домовитого хозяина. На скотном пригоне, стоящем иногда отдельно от жилого двора казака, к услугам джетака небольшая избушка из плетня, щели которой замазаны глиною, забиты землей, а подчас и навозною почвой, взятою с того же скотного пригона. Можно себе представить, какой жалкой защитою являются эти стены в морозные дни, и какая антигигиеническая атмосфера получается в такой хате в оттепель.  Остальная обстановка вполне гармонирует с этим. Маленькое окно, иногда затянутое пузырем, едва пропускает свет; глиняный пол, застланный сеном; на стенах – хомуты и другая сбруя для рабочих лошадей казака; тут же убогая и грязная рухлядь киргиза, - вот обстановка, в которой проводит зиму джетак со своей семьей. Прибавьте к этому, что в ту же избушку помещается нарождающийся скот, и станет ясно, в каких гибельных, ужасных условиях приходится перебиваться киргизу, извергнутому степью. Не встречаемся ли мы здесь лицом к лицу с одной из наиболее ярких и наглядных иллюстраций явления, известного под названием «вымирания инородца»?» [6]

Летом 1898 года Н.Я.Коншин совершает поездку по Усть-Каменогорскому уезду.  «Главной целью моей поездки по Устькаменогорскому уезду (в июле и августе 1898г.) было ознакомление на месте с положением переселенческих поселков». [7]  Материалы, собранные во время поездки легли в основу очерков «Переселенческие поселки в Усть-Каменогорском уезде» и «По Усть-Каменогорскому уезду», в которых описано бедственное положение переселенцев и джетаков.

Результатом повторной поездки в 1899 году стал «Очерк экономического быта киргиз Семипалатинской области», в котором дается история возникновения Иртышских крепостей и Сибирского казачьего войска, заселения и освоения русскими и казахами долины реки Иртыша, объясняются причины переселения обнищавших джетаков в русские поселки. «Интересно знать, как объясняют сами киргизы причины своего переселения на казачьи земли. Конечно, вопрос об этом предлагался только тем киргизам, которые могли более или менее точно определить время своего выхода из волости. Оставляя в стороне случайные причины, как на самую общую причину позднейшего выселения киргиз из своих волостей необходимо указать, руководясь свидетельством киргиз, на бедность, неимение скота и невозможность найти в степи заработка. По характерным словам одного джатака, «бедным киргизам среди русских все-таки лучше».[8]  Н.Я.Коншин с большой теплотой отзывается о казахском народе, открыто встает на его защиту.

В 1900 году под руководством Н.Я.Коншина по специально разработанной программе проводится сбор археологических сведений. Присланные в статистический комитет ответы были обработаны и на их основе Николай Яковлевичем написана статья «О памятниках старины в Семипалатинской области».

«Семипалатинская область в археологическом отношении изучена крайне мало, что, конечно, объясняется главным образом отдаленностью края от культурных центров. Чтобы содействовать такому изучению, Семипалатинский Областной Статистический Комитет предпринял в 1900 г. собирание археологических сведений по следующей программе, разосланной, помимо некоторых частных лиц, всем управителям киргизских волостей, атаманам казачьих станиц и сельским старшинам области».  [9]

В течение ряда лет Н.Я.Коншин был редактором «Памятных книжек Семипалатинской области» и принимал участие в редактировании газеты «Семипалатинские областные ведомости».

В 1905 году под руководством Н.Я.Коншина начинается издаваться газета «Семипалатинский листок».

За труды по истории Степного края и за участие в открытии подотдела Русского географического общества в Семипалатинске Н.Я.Коншин награжден серебряной медалью Центрального географического общества. На протяжении многих лет он бесплатно заведовал библиотекой и был единственным ее работником. Его стараниями и усилиями книжный фонд Семипалатинской библиотеки значительно возрос.

С  установлением Советской власти архивы царских учреждений перешли в руки губернских и уездных революционных комитетов. 29 марта 1920 года на заседании Семипалатинского губревкома Н.Я.Коншин был утвержден на должность заведующего архивным бюро, который с большим энтузиазмом взялся за приведение архивного фонда в порядок. К этому времени относится его работа «Что могут дать Семипалатинские архивы для краеведения». На этой должности Николай Яковлевич находился до 29 марта 1925 года, до ухода на пенсию.

ГАВКО, ф.32, оп.1, д.5, л.1
ГАВКО, ф.32, оп.1, д.5, л.2
ГАВКО, ф.32, оп.1, д.5, л.4
ГАВКО, ф.32, оп.1, д.5, л.
ГАВКО, ф.32, оп.1, д.5, л.20
ГАВКО, ф.32, оп.1, д.19 а, л.197
ГАВКО, ф.32, оп.1, д.19 а, л.112
ГАВКО, ф.32, оп.1, д.19 а, л.77
ГАВКО, ф.32, оп.1, д.19 а, л.206

       Рифель Л.П.

Материалы Международной научно-практической конференции «Роль архивных документов в исследовании социально-политического и культурного развития страны», 2010 г. 
 

 
070004, РК, Восточно-Казахстанская область г. Усть-Каменогорск, ул. Головкова, 26/1
Администратор сайта: Бекниязқызы Жангуль. Copyright © 2010-2017
Рейтинг@Mail.ru